Под огненным небосклоном

Главная \ Новости \ Под огненным небосклоном
Под огненным небосклоном

Хранители брестского героического наследия

В Бресте цвели сирень и каштаны. Суровая крепость-герой встретила нас тепло и солнечно. На фоне почти летнего дня контрастом выделялись очертания оставшихся с войны рыжих, словно до сих пор в крови, развалин крепости и свинцовых монументов-памятников её защитникам. Гарнизонный Свято-Николаевский храм белизной слепил глаза. 

По традиции мы возложили венок и цветы от всех жителей Щёлковского района к Вечному огню, который был зажжён 25 сентября 1971 года – в день торжественного открытия мемориала – от Вечного огня, что на Марсовом поле.

Хатынь. Кладбище сожжённых деревень.«Тогда на открытие приехало более восьмисот человек, – сказала директор мемориального комплекса Светлана Романюк. – Сейчас защитников крепости в живых осталось лишь четверо».

Минута молчания. И вдруг отчётливо слышится чеканный шаг: группа школьников – девочки с бантами, мальчики с оружием – подошла к мемориалу «Мужество» и замерла в почётном карауле.

«Эта традиция в крепости существует с 1972 года, – рассказывает помощник начальника поста памяти Брестской крепости Владимир Погребняк. – Впервые школьники заступили на пост 9 мая 1972 года. С тех пор Вахту памяти отстояло более 93 тысяч наших юнармейцев. И с того времени пост не прекращал свою работу: ни когда рушился Советский Союз, ни когда менялась идеология в других странах. Приказом директора школы ребят освобождают от занятий и с четверга по среду они несут эту вахту. Каждый день по 15 – 20 минут. Редкие исключения делаем из-за погодных условий. Вот сейчас стоят ученики школы № 3 города Бреста. А завтра – новый караул. Всего у нас 445 мемориальных отрядов. Отбирают лучших – и не только потому, что им приходится пропускать уроки. По окончании вахты мы награждаем участников, у нас есть свои знаки отличия. Если после школы кто-то захочет поступить в военную академию, в МЧС или МВД, то мы даём характеристику. Тестирование, конечно, они проходят, как и положено, но при прочих равных у наших ребят есть преимущество».

Встречи в Бресте

В крепости мы повстречали единомышленников и друзей «Бравеса»: участников автоклуба «Газ-66». Любовь Деветьярова, Виктор Сёмин, Александр Малютин и Наталья Карасёва приехали из Москвы, Королёва, Звенигорода и Ивантеевки.

Встреча в Бресте.«Я сама родом из Белоруссии, а живу в Москве, – говорит Наталья Карасёва – Вот узнала, что ребята едут сюда в автопробег, собрала друзей и привезла к себе на родину. Стараюсь каждый год бывать тут. А сейчас договорились встретиться в Бресте, вместе пройти по крепости, посмотреть город».

Перед входом в крепость нас встречали заместитель начальника отдела идеологической работы и культуры брест­ского гор­исполкома Денис Силивоник и две Александры: Ярошевская и Жоравина – первокурсницы исторического факультета Брестского университета. По просьбе замглавы администрации Щёлковского района Юрия Радионова, уроженца Бреста, для нас была организована большая культурная программа: экскурсии по крепости, в том числе и по археологическому комплексу, а также посещение Музея истории Бреста и прогулка по улицам города, который в следующем году станет праздновать своё тысячелетие.

К этому юбилею уже давно идёт серьёзная подготовка. Например, появилось множество интересных скульптурных композиций. А местные предприятия продолжили знаменитую городскую традицию и установили собственные фонари на центральной аллее. 

Брест называют городом фонарей. Именно в центре их очень много. Это не обычные электрические, а газовые светильники. Так что если поедете в Брест, обязательно посмотрите вечером, как фонарщик зажигает огни. Время для влюб­лённых и романтиков.

Непокорённые

В Хатынь мы прибыли после обеда. От поворота с каменной стелой начинается отсчёт: первый километр, второй, третий… И вот он – самый беспощадный свидетель кошмара, который творился на этой земле 22 марта 1943 года: каменный мужчина держит тело ребёнка в натруженных руках. Он нашёл его в груде обгоревших трупов, он слышал его последний вздох.

Немцы пришли в Хатынь после того, как в устроенной партизанами засаде погиб капитан полиции Ганс Вёльке – чемпион Олимпийских игр 1936 года в Берлине, лично знакомый с Гитлером. Всех жителей деревни согнали в колхозный сарай, заперли и подожгли. В какой-то момент дверь рухнула. Всех, кто сумел вырваться наружу, каратели расстреливали из пулемётов.

Погибли 149 человек, из них 75 – дети. Тех, кого удалось опознать, жители соседнего хутора похоронили на деревенском кладбище. У его входа сейчас большой каменный крест. Остальные упокоены в братской могиле.

Сразу за ней начинается аллея, которая когда-то была главной улицей деревни. Слева и справа на месте стоявших там до войны домов – каменные венцы, печные трубы, а на них – колокола, которые звонят раз в минуту, круглые сутки, напоминая о трагедии не только Хатыни, но и ещё 185-ти белорусских деревень, сожжённых фашистами дотла вместе с людьми.

«Но это не сломило наш народ, – говорит экскурсоводка Национального агентства туризма Евгения Дуко. Она ведёт экскурсию для учеников школы № 53 города Кирова, но и мы остановились послушать её рассказ. – Скульптура человека с ребёнком на руках так и называется: «Непокорённый». Он не опустил голову, не отвёл взгляда. Прототипом этого монумента стал единственный взрослый, выживший в Хатыни: кузнец Иосиф Каминский. На руках он держит своего сына. Чёрный тре­угольник справа – это обвалившаяся крыша сгоревшего сарая, а к ней ведёт белая дорога: дорога жизни и смерти».

О каждой сожжённой деревне напоминает небольшая стела с красными языками пламени и с капсулой земли внутри. А рядом – большая барачная стена. Внутри – 66 ниш. Каждая – напоминание о трагедии. В самой первой – детские игрушки. Это для воспитанников детдома из деревни Домачёво. Их – 54 ребёнка – 23 сентября 1942 года вывезли на берег реки и расстреляли.  Самому младшему было три года, старшему – 12. Акт расстрела детей, составленный очевидцами казни, был в числе документов на Нюрнбергском процессе.

Ещё игрушки. Это напоминание о трагедии в деревне Красный Берег. Её так называли из-за красоты яблоневых садов. Во время войны стали звать Кровавым Берегом. Фашисты устроили там детский донорский лагерь. Третий, а то и второй забор крови для ребёнка становился последним.

«Они выбирали самых здоровых детей, желательно голубоглазых, светловолосых, и удивлялись, когда матери рыдали и бились, вырывая детей из рук фашистов, – продолжает рассказ Евгения Дуко. – Они говорили: «Почему ты плачешь? Ведь кровь твоего ребёнка будет течь в жилах немецкого солдата!»

А вот большая ниша – она в память о более чем двухстах погибших в лагере смерти «Тростенец». Четвёртому в Европе после «Аушвица», «Майданека» и «Треблинки».

За три года на территории оккупированной Белоруссии фашисты создали 260 лагерей. Самые страшные – заградительного типа, когда людей сгоняли на огороженный проволокой участок земли и где они умирали от пуль, холода и голода.

«Люди, пережившие оккупацию, рассказывали, что им до сих пор снится, как земля стонет и шевелится, – говорит экскурсоводка. – Людей закапывали живыми и выставляли караул, чтобы никто не смог выбраться из братской могилы. Моя двоюродная бабушка, уже после войны, подростком как-то пошла в лес, увидела охотника с ружьём – и упала в обморок. Откачали её только на вторые сутки. Такой страх и ужас пережили люди за время оккупации! Но мы не сдались, мы – несломленный народ, который не позволит этому ужасу повториться. Посмотрите: рядом с кладбищем сожжённых деревень словно деревья проросли, а на них – таблички. Это названия населённых пунктов, которые возродились из пепла».

Встречи в Хатыни

Уральские школьники притихли, внимательно слушая рассказ. В это время к братской могиле принесли венок будущие военные – воспитанники кадетского корпуса. Они приехали из Тамбова. Мы тоже возложили к монументу венок и цветы. И мне подумалось: такие места обязательно надо показывать детям. Хорошо, что они – сын и дочь – оба со мной в этом путешествии.

– Ребята, приветствуем! Вы откуда? – навстречу нам шли несколько мотоциклистов в кожаных куртках.

Оказалось – земляки: тоже из Щёлковского района.

«Мы из Монина, мотоклуб, поехали по местам боевой славы, вспомнить погибших, – сказал руководитель клуба Андрей Калечин. – Это вот Сергей Майков, Всеволод и Донат Голыгины. У нас по маршруту сначала Хатынь, потом Курган Славы, Несвежский замок, Линия Сталина, Брестская крепость и Беловежская пуща. А 9 Мая в Монине, как всегда, по­едем по центральным улицам. Обычно берём с собой тех ветеранов, которые уже не могут ходить. Дедушки нам говорят: «Мы в Берлин-то не пешком заходили».

 На обратном пути останавливаемся у той самой стелы-указателя с надписью «Хатынь». Рядом с нашими машинами два микроавтобуса с украинскими номерами.

– Неужели с Украины? – спрашиваю одного их пассажиров.

– Из Запорожской области: из Мелитополя. Вот привезли ребят на турнир по гандболу. И решили свозить сюда тоже.

– Но у вас же там декоммунизация и вроде как нельзя?

– Это в мозгах у них там декоммунизация, – смеётся в ответ мой собеседник, показывая пальцем вверх. – А у нас с головой всё в порядке. Мы знаем, куда надо ездить и о чём рассказывать детям.

Так что если кто-то из наших читателей поедет в Белоруссию, обязательно сделайте крюк на Хатынь: всего 50 километров от Минска. То самое место, о котором необходимо рассказывать всем: и детям, и взрослым.

Наталья ДРУЖИНИНА,
корр. «Впрямь».
Щёлково – Брест – Хатынь.

________________________________

*) Первый репортаж с автопробега см. во «Впрямь» № 17/2018: «Учить историю страны не по учебникам».

 

Комментарии

Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Я согласен(на) на обработку моих персональных данных. Подробнее
Внимание! Для корректной работы у Вас в браузере должна быть включена поддержка cookie. В случае если по каким-либо техническим причинам передача и хранение cookie у Вас не поддерживается, вход в систему будет недоступен.