Натяжённость неба

Главная \ Новости \ Натяжённость неба
Натяжённость неба
Чтоб жить на свете гордо,
А подводя итог,
Сказать легко и твёрдо:
«Я сделал всё, что мог».
Юрий Ермаков.

 

В зале, рассчитанном на 700 зрителей, свободных мест не было. Перед собравшимися за трибуной стоял добродушно улыбающийся человек. Вроде бы совсем обыкновенный, в повседневной военной форме. Зал рукоплескал!

Евгений Николаевич стал с увлечением рассказывать о своей профессии испытателя парашютов, о людях, которые трудятся рядом и денно и нощно достигают новых результатов, покоряя всё новые высоты. Начал он рассказ с детства:

«Я родился 4 сентября 1926 года в городе Новосибирске. В суровые тридцатые годы меня лишили отца и надолго разлучили с матерью. С 11 лет я находился в детском доме города Серова. Окончание восьмого класса совпало с началом войны. В 15 лет я поступил в ремесленное училище, через год начал работать на Нижнетагильском танковом заводе. Видя моё отношение к работе, начальник цеха назначил меня помощником механика-водителя. Тогда я обкатывал новые танки».

В ноябре 1943 года будущего Героя Советского Союза призвали в армию. Сначала была полугодовая боевая подготовка в запасном стрелковом полку в Алма-Ате. Однажды в полк прибыла комиссия по отбору молодых людей для авиационного училища. Андреев изъявил желание. Дальше его ждала Армавирская школа пилотов. Осенью сорок четвёртого школу переформировали и он попал в парашютно-десантную службу, в эскадрилью, возглавляемую Григорием Портом.

Е. Андреев продолжил:

«Он-то и убедил меня в том, что у меня есть все данные, чтобы стать парашютистом. С ним я совершил первый затяжной прыжок. Уже тогда мне казалось, что мало знаю, мало тренируюсь, не хватает физической закалки. Стал больше читать специальной литературы, постигал теорию, изучал опыт известных парашютистов страны.

И вот мне повезло в полном смысле этого слова. В ноябре сорок седьмого года меня зачисляют на службу в подразделение мастера спорта СССР Героя Советского Союза парашютиста-испытателя Василия Григорьевича Романюка. Он и стал готовить меня к сложным заданиям. Прыжки проходили в разное время суток в разных местах страны. А что мы испытывали? Это были новые виды парашютов, катапультные установки, новые высотные костюмы, специальное оборудование, приборы».

***

Авиатехника быстро двигалась вперёд, росли скорости, высоты полётов боевых и транспортных самолётов, что требовало изменений и в парашютной технике. Надо было обеспечить спасение экипажей в случаях аварий в воздухе. То есть было необходимо исследовать возможности массовой выброски парашютистов-десантников с больших высот.

К тому времени Андреев уже выполнял прыжки с первым парашютом, имеющим переменную скорость снижения. Это была принципиально новая конструкция, которую можно назвать уже парашютной системой. В 1950 году был совершён прыжок из самолёта «Ту-114» при скорости в 670 километров в час. Каждый день испытаний приносил радость ощущения свершений, но и грозил смертельной опасностью.

При испытательном катапультировании 23 марта 1952 года Андреев подвергся смертельной опасности: не отделилось кресло от парашюта. Андреев прыгал с тринадцати тысяч метров. За счёт веса кресло с парашютом достигло бы земли за 18 секунд. Именно столько было времени у Евгения Николаевича для борьбы за жизнь… До последнего Андреев пытался открыть заевший замок привязных ремней, и только после этого раскрыл запасной парашют. В двадцати метрах от земли Андреев сумел избавиться от кресла, приземление с которым принесло бы увечья. Через секунду ноги коснулись земли.

«Я родился во второй раз», – сказал Андреев на той встрече со школьниками.

***

22 апреля 1954 года. Самолёт «Ил-28», скорость 760 километров в час. Воздушным потоком сорвало ногу Андреева с подножки кресла. Резкое отведение в сторону с упором в подлокотник кресла привело к осколочному перелому бедра.

Травма была чудовищной: нога превратилась в кровавое месиво, 16 сантиметров кости были раздроблены на кусочки. Врачи Института Склифосовского вынесли вердикт: ампутация. Но 27-летний парашютист настаивал: «Сохраните ногу, хочу вернуться в профессию». Совершить невозможное решился хирург Алексей Смирнов. Он вместе с коллегами два месяца «склеивал» искалеченную кость. Ещё год ушёл на реабилитацию, после чего Андреев предстал перед медкомиссией.

Члены комиссии, изучив представленные документы, объявили: «Служить будешь, но никаких прыжков». И тогда парашютист решил наглядно показать свои возможности.

Е. Андреев вспоминал:

«Смотрят врачи, головой качают. Нет, мол, друг, служить служи, но прыгать – прости. Ах так?! – думаю. Да как разбежался, сделал заднее сальто, на одной руке стойку зафиксировал… Чёрт с тобой! – махнул рукой генерал, председатель комиссии. – Прыгай».

После той страшной травмы одна нога парашютиста стала короче другой на четыре сантиметра. Но это не помешало ему совершать уникальные испытательные прыжки.

***

И опять закипела работа: новые конструкции парашютов. Это позволило Андрееву приступить к штурму мировых рекордов.

Главной задачей было не устанавливать рекорды, а проверять специальное оборудование самолётов и снаряжение, предназначенное для спасения экипажа в случае вынужденного покидания самолёта на больших высотах, проверять комплект снаряжения воинов-десантников.

В рамках строгой секретности в 1962 году парашютистам-испытателям Евгению Николаевичу Андрееву и Петру Ивановичу Долгову было поручено испытать новые образцы высотного снаряжения. На этот раз высота прыжка превышала высоту, которую покоряли парашютисты любой страны мира. Было решено совместить эти прыжки с установлением мировых рекордов по парашютному спорту. Евгений Николаевич стал готовиться к прыжку с длительной задержкой раскрытия парашюта. Пётр Иванович должен был раскрыть парашют немедленно, сразу как покинет самолёт.

Первого ноября была завершена подготовка. Ждали благоприятных погодных условий, потому что летательный аппарат для парашютистов – стратостат «Волга» – с подъёмом на высоту относило ветром от точки взлёта. А парашютистам вовсе не безразлична местность, на которую предстоит приземлиться.

В полёт Долгова и Андреева провожал их командир Герой Советского Союза В. Г. Романюк.

Аэростат начал набирать высоту. Они наблюдали за небом, видели, как оно меняло цвет: сначала синело, затем стало густо-фиолетовым и наконец чёрным.

«Когда достигли высоты в 25 тысяч метров, – продолжал свой рассказ Евгений Николаевич, – я стал готовиться к прыжку. На высоте 25 458 метров катапультировался вниз, отделился от кресла, начал свободное падение. Температура воздуха была минус 60 градусов. Давление в 30 – 40 раз ниже земного. Длительное время скорость падения нарастала как в пустоте – тело не ощущало привычного напора встречного воздуха. После, исследуя запись приборов, выяснил, что скорость свободного падения на начальном участке доходила до 200 метров в секунду. Первые десять тысяч метров были пройдены за минуту. Четыре минуты тридцать секунд – 24 тысячи метров – продолжалось свободное падение. Парашют я раскрыл на высоте 960 метров».

Ни один парашютист в мире не побил этого рекорда! Но радость Евгения Николаевича омрачило трагическое известие. В момент отделения от аэростата у Долгова произошло нарушение герметичности его скафандра. Отважный испытатель погиб.

Когда Евгений Николаевич сказал, обращаясь к залу, что два купола сработавших парашютов бережно приземлили тело Долгова, собравшиеся в зале молча встали – почтили память полковника Долгова.

Пятнадцатого декабря 1962 года Указом Президиума Верховного Совета СССР полковнику П. И. Долгову (посмертно) и майору Е. Н. Андрееву за мужество и героизм, проявленные при испытании средств спасения экипажа самолётов, было присвоено звание Героя Советского Союза.*)

***

Евгений Николаевич на встрече демонстрировал парашют как наглядное пособие. Мне казалось, в тот момент у многих мальчишек загорелись глаза, появилось желание если не стать испытателем парашютов, то десантником обязательно.

Рассказал Андреев и ещё об одном моменте:

«Когда я покидал истребитель, летящий на скорости, в 1,3 раза превышавшей скорость звука, то есть 450 метров в секунду, на высоте 12 тысяч метров, выстрел катапульты был сделан вверх. Я ощутил сильный удар воздушного потока. В глазах потемнело. Уши заложило. Вращался в штопоре минуты две. Ждал, когда достигну высоты в пять тысяч метров, чтобы отделить кресло и открыть парашют. Опасность миновала. На пальцах я увидел кровь. Тонкими струйками через поры лица просачивалась кровь. После приземления я в полузабытьи слышал слово кровоизлияние. Потом понял, что в это состояние меня повергла перегрузка, возникшая при штопоре после катапультирования установки на сверхзвуковой скорости. Так был распознан дефект катапультной установки».

В 1985 году Е. Н. Андрееву одному из первых в стране было присвоено почётное звание заслуженного парашютиста-испытателя СССР и вручён нагрудный знак № 3.

На счету Евгения Николаевича свыше четырёх с половиной тысяч сложных прыжков с парашютом, в том числе восемь прыжков из стратосферы. Рекорд Андреева по долготе полёта не побит до сих пор.

Олег СОРОКИН.
Анискино, Центральная улица.

______________________________________

*) Пётр Иванович Долгов покоится на разрушенном военном кладбище Чкаловского аэродрома; Евгений Николаевич Андреев похоронен на кладбище Леонихи.

 

Комментарии

Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Я согласен(на) на обработку моих персональных данных. Подробнее
Внимание! Для корректной работы у Вас в браузере должна быть включена поддержка cookie. В случае если по каким-либо техническим причинам передача и хранение cookie у Вас не поддерживается, вход в систему будет недоступен.