Мы будем бороться, потому что наших бьют

Главная \ Новости \ Мы будем бороться, потому что наших бьют
Мы будем бороться, потому что наших бьют

Про то, что библиотеку выставляют на торги, я узнал от своей приятельницы ещё в марте. Обратился в администрацию с предложением помочь. После ознакомления с документами появилось чёткое понимание правовой позиции по делу и поставленных задач: нужно сохранить помещение за библиотекой; признать право муниципальной собственности; снять помещение с торгов. Мы выяснили, что это место в доме № 19 Вокзальной улицы проектировалось специально под библиотеку; другого подходящего пристанища для неё нет.

В ходе работы обнаружилось постановление главы Фрязина 1998 года о принятии помещения на баланс города. Выяснился ещё одни факт: право хозяйственного ведения федеральное государственное унитарное предприятие (ФГУП) «ЖЭУ ИРЭ РАН» оформило только в 2013 году, а Росимущество зарегистрировало своё право на год раньше. Где было помещение с 1990-­го по 2012 год? У каждого объекта есть свой правообладатель. Почему Росимущество не регистрировало своё право весь этот период? В то же время удалось установить беспрерывное владение помещением библиотекой. Мы с адвокатом Максимом Сидоровым поняли: наша позиция стопроцентно доказуема – требования управляющей компании «ЖЭУ ИРЭ РАН» незаконны.

***

Согласно постановлению Совета Министров РСФСР № 3020 от 1991 года, городские помещения, использующиеся для образовательных, культурных и социальных нужд жителей, являются муниципальной собственностью и должны были быть переданы городу.

Наше законодательство устроено так, что регистрация права хозяйственного ведения и регистрация права собственности сами по себе не являются правоустанавливающим фактом, на основании которого возникает право собственности.

В Швеции, например, действует титульная система Торренса: единственным доказательством права собственности является регистрация. Если кто-­то докажет, что его право было ущемлено, то максимум получит денежную компенсацию, но право владения оспорено не будет. В России регистрация права должна быть подтверждена документом, на основании которого это право возникло. Это нужно, чтобы доказать преемственность и законность приобретения права собственности и переход от одного лица к другому.

Например, правоустанавливающим документом является договор купли-­продажи или свидетельство о праве на наследство. В нашем случае – это закон.

Ни у Росреестра, ни тем более у управляющей компании «ЖЭУ ИРЭ РАН» правоустанавливающих документов нет. Это было определено в Щёлковском суде. Отмечу, что за пять месяцев судебного разбирательства они их так и не представили. Единственный их аргумент: «Наше право зарегистрировано в Росреестре». Этого недостаточно.

В суде мы доказали фактическое беспрерывное владение помещением библиотекой. Ведь что такое собственность? Это владение, пользование и распоряжение. Администрация в лице библиотеки пользуется помещением, владеет им (платит ЖКХ, делает ремонт) и распоряжается: приглашает всех по своему адресу. Факты это подтверждают.

ЖЭУ ИРЭ РАН, в свою очередь, не смогло доказать, что в течение двадцати лет выполняло функции собственника. Оно не пользовалось помещением, не владело и не распоряжалось им.

***

Старое поколение людей, которое воспринимало предприятие не как «своё», а как «для других», ушло. А новый руководитель подумал: что́ я могу сделать... для себя? Открылся целый перечень возможностей. Схема, которая была применена во ФГУПе, могла быть разработана только частным лицом, которое действует в своих интересах. Кто это, я не знаю.

У нас, адвокатов, нет задачи найти блох на этой собаке. Мы не следователи, чтобы устанавливать, чьи незаконные действия повлекли такие последствия. Нам надо искать союзников, чтобы сохранить помещение для города и его жителей. Однажды мы собрали совещание, на котором присутствовали основные кредиторы ФГУПа. Я увидел, что большинство их готово искать ходы для сохранения помещения за библиотекой. Ведь они тоже живут во Фрязине.

Но в этом деле большое число взаимных обязанностей: администрация просит у кредиторов отступиться, кредиторы хотят получить долг от ЖЭУ – то, в свой черёд, трясёт администрацию за долги по арендной плате.

Очень сложно решить этот вопрос мировым соглашением, как между частными лицами. Например, я должен денег вам, вы ещё кому, а третий – мне. И мы договариваемся об условиях уступки права требования. Такой механизм включается между частными компаниями и корпорациями. Но в нашем случае он не срабатывает, потому что отсутствует чёткая нормативная база и полномочия у договаривающихся сторон. Никто не готов брать на себя риски.

ЖЭУ ИРЭ РАН действует чётко в рамках закона, ни к чему не подкопаться. За одним исключением: а является ли помещение, за которое оно борется, собственностью Рос­имущества?

***

Когда мы узнали, что библиотека продана, то не поверили, потому что понимали: законным путём продать её не могли. Или у нас 90­-е вернулись: творю, что хочу? Ладно бы в деревне какой­-то, а то во Фрязине – в наукограде! Ведь мы с юристами администрации заблокировали все пути по переходу права собственности.

Но ответчики, услышав решение Щёлковского городского суда в свою пользу, не удержались. Терпели два с половиной месяца и теперь решили, что дверь открыта и пришла пора действовать. Провели аукцион, продали лот и передали по акту помещение. Возможно, стояла задача создать цепочку собственников, в конце которой стоит добросовестный приобретатель. Он якобы не знал, что покупает спорное помещение. По закону забрать имущество у него нельзя – можно лишь требовать с нарушителей денежную компенсацию, но они уже на тот момент станут банкротами и взять с них будет нечего.

Но те, кто запускал эту цепочку, не совсем владеют арбитражной практикой и пониманием сути права. Пристав, выступающий на торгах продавцом, понимал, что продавать библиотеку нельзя: наложен запрет суда. Сделка, в которой продавец знает, что нарушает закон, не создаёт добросовестного приобретателя.

Наверное, поэтому после торгов тот пристав куда­то исчез.

***

Раньше не было понятия частной собственности. Никто не делал ничего для себя. Со всего Советского Союза во Фрязино ехала молодёжь работать на градообразующих предприятиях, поднимать науку и престиж страны. В этом читальном зале столько диссертаций было написано! Все шли в библиотеку. Потому что дома, в коммуналке, где на кухне сидит сосед­-алкаш или где в соседней комнате плачет маленький ребенок, работать невозможно. Я сам вырос в одной из таких фрязинских коммуналок: на улице Попова. Поэтому знаю, что именно в читальном зале писались диссертации, благодаря которым сегодня успешно работают оборонные предприятия страны. Если посмотреть старые фотографии 60-­х годов, станет видно: читальный зал набит битком.

Библиотека – это наше. Это наш город, поэтому здесь мы за всё в ответе. У фрязинцев должен включиться регистр: библиотека – это качество нашей жизни. Городской пляж, городская библиотека, городской парк – всем этим можно пользоваться бесплатно. Если таких общих мест в городе не будет, то нас же самих и обворуют.

Неправильно думать, что это дело только администрации Фрязина. Это наша администрация. Почему прежний её состав, начиная с 1990 года не довёл оформление своих прав на помещение до конца? Это вопрос и к нам, жителям города. Что мы сделали? Чем помогли? Как интересовались? Мы тоже часть администрации. Что, мы будем предъявлять претензии к самим себе?  Подойдём к зеркалу и скажем отражению: «Эй ты, где мой суп?! Свари!» Если хочешь супа – вари сам.

Если сейчас ЖЭУ отнимет помещение библиотеки, то завтра, по аналогии, оно подаст иск на детский сад. И мы тоже будем смотреть, как частный интерес одерживает верх? Тот, кто промолчал, сыграл на руку захватчикам общественного имущества.

***

Защита библиотеки, интересов общественности и права администрации на помещение – это как защита флага. Флаг может быть разным: потрёпанным, давно не стиранным, но он мой.

Я рад, что фрязинцы начали просыпаться от безразличия, безучастия и равнодушия. Я не знаю, как именно решится вопрос с библиотекой, но я точно знаю, что мы сражаемся не одни. Сработал принцип: наших бьют!

У нас есть запрос от общественности. И для меня это важно. Если ребёнок подойдёт и скажет: «Дядя Серёжа, можно я буду и дальше ходить в эту библиотеку?» – этого будет достаточно, чтобы работать. Это важнее любых договоров. И ради этого мы продолжим бороться. Потому что наших бьют.

Записала
Юлия ВИДЯПИНА,
корр. «Впрямь».
Фрязино.
 
Теги Вокзальная 19. библиотека Фрязино
Комментарии

Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Я согласен(на) на обработку моих персональных данных. Подробнее
Внимание! Для корректной работы у Вас в браузере должна быть включена поддержка cookie. В случае если по каким-либо техническим причинам передача и хранение cookie у Вас не поддерживается, вход в систему будет недоступен.