Тупичок

« Назад

Тупичок 21.09.2018 14:08

Государство пригласило нас помочь застройщику деньгами сразу, на этапе котлована. Гарантировало защиту вложений 214-м федеральным законом. А теперь власть называет нас бизнесменами­-соинвесторами, говорит, что деньги с нас собирала не она; смеётся, вырывая из Конституции статьи о праве на жилище и праве на возмещение вреда, причинённого бездействием государственных служащих, и от-­вор-­а­-чи­-ва-­ет-­ся. При том, что формально стоит к нам лицом.

Кивательная гимнастика – фитнес для кабинетных

Объединённые общей непереносимой обидой, дольщики «Литвинова-сити» уведомили администрацию Щёлковского района об очередном митинге против её бездействия. Но они не местное отделение коммунистической партии: им на площади Ленина замом щёлковского главы Евгением Питеримовым выражать протест не разрешается. Все в парк, только в парк.

Вот митинг дольщиков и выглядит со стороны как встреча актива города с его руководством по вопросу паркового благоустройства.  Граждане собираются, но гулкого протеста не выражают. Встают кружком и слушают кого-нибудь из кабинетных. Когда-то к ним приходили подписавший, а потом продливший разрешение на строительство фирме с уставным капиталом в десять тысяч рублей глава сельского поселения Трубинское Виктор Углов. Охапки с бумагами, якобы подтверждающими, чтIMG_6631о ситуация вот-вот нормализуется, держало тогда пол-отдела по координации строительства. Теперь к дольщикам приходит один начальник отдела, он же зам­главы района по строительству Никита Никулин. И приносит с собой свёрнутый трубочкой лист формата А4. На нём, говорит, концепция. И если при полной луне приложить эту трубочку к глазу, сквозь неё, как в подзорную трубу, можно увидеть инвестора.

Обложенный полномочиями Никулин калёным, бесстрастным голосом пред­упреждает:

– Мы работаем. Есть определённые плоды.

– Покажите нам эти плоды! – торопят дольщики.

И отхватывают напыщенный упрёк за то, что его, начальника, пришедшего на их собрание в воскресенье, перебивают.

Пока Никулин с отделом по координации работают на урожае, дольщики выживают в условиях их ипотечных договоров и договоров предоставления государством материнского капитала. А они, условия, таковы: ипотечники получают от банка не потребительский, а именно ипотечный кредит. Это значит, что к моменту его истечения они не только должны погасить ежемесячные платежи, но и представить банку документы, подтверждающие их право собственности на жильё, ради которого кредитовались. Если бумаги о праве на квартиру не будет, значит, банк был введён в заблуждение: деньги истрачены не на жильё. И полную сумму кредита потребуется ещё раз вернуть – уже единовременно. За нецелевое использование взятого.

А с тех, кто вложил в долёвку материнский капитал, подтверждения права собственности на жильё потребует выдавший сертификат Пенсионный фонд. И проследит, разделено ли право владения жилым помещением между всеми детьми у матери. Если документа об обеспечении детей жильём семья не представит, Пенсионный фонд потребует вернуть истраченный не пойми куда, с его точки зрения, этот самый маткапитал.

Если бы отдел по координации строительства, третий год мусоля то участки, то план расселения, то концепцию, думал об этих людях, которым вот-вот придётся заплатить за воздух дважды, а не причитывал, вот-­де «Впрямь» изваляла в перьях и дёгте его руководителя, самого достойного человека, у него, этого самого достойного, не выговорилось бы: «Суд не поддержал ваши требования о признании объекта проблемным».

Явственно ощутилось: когда суд признает застройщика банкротом и ДДУ перестанут иметь юридический смысл, Никулин, не смутясь, произнесёт: «Суд постановил, что ваши отношения с застройщиком окончены». И больше не придёт.

У кого бы занять миллиард? Без отдачи

Упирается всё в миллиард рублей. Столько денег требуется найти для завершения строительства. И найти их, кроме как в банковских ячейках присвоившего деньги дольщиков Астапенки, негде.

Дольщики два года верили власти, торопившей их забыть об Астапенке. Ему-де припасено уже особое масло для адовой сковородки, не сомневайтесь. А потому забудьте скорее обо всём с ним связанном: банкротном деле, деле уголовном. Пусть этим занимаются соответствующие органы. А вы интересоваться переставайте и просто смотрите, как мы будем строить для вас новый дом. Попервоначалу обманивали семнадцатиэтажным… Три зимы ждали, что стройка во­зобновится, а тут вдруг засомневались. И сомнение стало пуще уверенности.

Потому что потеря интереса к банкротному делу обернулась провалом первого собрания кредиторов.

Уголовное дело заминается под соусом тайны следствия. А ведь её, эту самую тайну, в следствии составляют показания обвиняемого и всяческих потерпевших с свидетелями на допросах у какого-нибудь близорукого следователя Домова. Тайна следствия – протоколы допросов. Её до срока не открывайте. Но с постановлениями потерпевшие знакомиться могут. Тайны в том, когда и кем отпущенный под залог Астапенко объявлен в международный розыск, быть не может. Если тайна, что он разыскивается, кто ж его искать-то начнёт? Не может быть тайного и в тексте постановления о приостановлении следственных действий. Тайна рискует обнаружиться в одном: слух о том, что Астапенко в розыске, есть, а розыска – Мадрид твою Лиссабон в Португалии! – нету.

Письменный отказ в ознакомлении с материалами уголовного дела можно обжаловать в суде, про который дольщики, иссудившиеся за право называться обманутыми, уже многое знают.

***

Всё кончилось без шума и неожиданностей. Пошёл дождь, и Никулин запросился к своим:

«Пожалуй, пойду, а то после выборов никого в районе нет. Я один на хозяйстве».

Его должностное лицо, похожее на отжившую картофелину, почувствовало: сейчас замочит. Свёрнутая трубкой концепция не зонт – ею, коль потекло, не прикроешься.

Дольщикам предлагалось расслабиться и продолжить ждать от сыворотки сливок.

P. S. К шестнадцатому сентября, дню митинга литвиновских в Щёлковском городском парке, дольщики ЖК «Берёзовая роща» в Раменском 38 ночей отночевали в палатках. Ни один телеканал, даже местный, раменский, не показал, как первого сентября ребятишки «Берёзовой рощи» собираются в школу. Их дома должны были быть готовыми восемь лет назад: в 2010 году. Муниципальные телеканалы, и щёлковский не исключение, формируют для граждан иную сетку вещания.

Юлия ВЕЛЬМОЖИНА,
корр. "Впрямь".