Леонид РОШАЛЬ: «Жить с собственным мнением сложно, но очень хорошо, спокойно смотреть на себя в зеркало»

Главная \ Редакция \ Екатерина ПОШИВАЛОВА \ Статьи Екатерины ПОШИВАЛОВОЙ \ Леонид РОШАЛЬ: «Жить с собственным мнением сложно, но очень хорошо, спокойно смотреть на себя в зеркало»
« Назад

Леонид РОШАЛЬ: «Жить с собственным мнением сложно, но очень хорошо, спокойно смотреть на себя в зеркало» 17.09.2018 14:58

Леонид Михайлович в юношеские годы жил и учился в посёлке Чкаловском. Он кончил Щёлковскую школу № 12 имени К. Е. Ворошилова в 1952 году.

С неё и началось гостевание выдающегося врача в Щёлковском районе.

«Периодически человек должен возвращаться к родным стенам. Я в этом убеждён», – сказал Леонид Михайлович.

Он до сих пор поддерживает отношения с одноклассниками. Так, вместе с ним приехала доктор химических наук Валентина Алексеевна Иванова.

Рошаль продолжил:

«Вот говорят, что завидуют молодым, а я им не завидую, я не сожалею о той жизни, которую прожил, которую живу, и ощущаю, что я говорю с молодёжью на равных. Иногда мне кажется, что я только начинаю свой путь».

Леонид Рошаль – выпускник Второго Московского медицинского института – работал простым участковым педиатром. Он первым в мире инициировал создание мобильных специализированных хирургических бригад для оказания помощи детям в горячих точках. Сначала было сформировано две таких бригады, в которые вошли детские хирурги, реаниматологи, травматологи и анестезиологи Московской детской больницы неотложной помощи № 20.

Спасать детей – дело всей жизни Рошаля. Начиная с 1988 года, в какой бы точке планеты ни взрывалась обстановка, он вылетал туда сам или с своей группой, не ожидая приглашения и не рассчитывая на вознаграждРошальение или обустроенный быт. Доктор говорит, что помощь детям – это особая специфика, для этого нужна квалификация. Там, где работала группа Рошаля, смертность детей уменьшалась вдвое.

«В тех местах, где беда, нужна помощь извне, потому что порой местные врачи сами нуждаются в подмоге. Кто­то из их близких погиб или пострадал. Как тут  работать?» – пояснял Рошаль.

Нахождение в местах катастроф сопряжено с опасностью. Однажды, помогая в Чечне, он оказался в плену боевиков. Но это не могло остановить доктора мира помогать малышам всей планеты. Сам Рошаль заявляет, что он ничего не боится. Это в полной мере подтверждает то, что он пошёл в Театральный центр на Дубровке в 2002 году. Террористы удерживали его шесть часов. Но когда был налажен хоть какой-то контакт, ему разрешили носить заложникам еду, воду и лекарства.

Рошаль вспоминает:

«Они мне не доверяли. Они обыскивали мой стетоскоп. Искали в нём камеры. Дёргали за лацканы пиджака, но пропускали».

Доктор вывел из театра детей и в два часа ночи записал:

«Радость была сегодня. Я давно такого удовлетворения не испытывал. Не зря я пошёл туда».

Первого сентября террористы-­звери захватили в заложники тысячу детей в Беслане. Неожиданная развязка – в здании взорвалась бомба. Медики работали круглосуточно.

В конце 2006 года на территории НИИ неотложной детской хирургии и травматологии состоялось открытие нового корпуса.

«Это результат пятнадцатилетней борьбы, – сказал Леонид Михайлович. – Мы прошли 27 судов для того, чтобы отсудить здание, которое когда-то принадлежало государству, у частной конторы. Юристы работали тоже безвозмездно. Слушайте, а 15 лет не такой уж и маленький срок».

Один из своих юбилеев доктор Рошаль согласился праздновать в концертном зале «Россия» только при условии, что в зале будут сидеть участковые педиатры.

В январе 2015 года Леонид Рошаль, осмотрев восьмилетнего мальчика Ваню Воронова, пострадавшего в результате обстрела Донбасса, выступил в поддержку прекращения боевых действий на Украине. «Приглашаю Порошенко, Обаму, Меркель, Олланда, Путина и других провести встречу у нас в клинике у постели Вани.

Мы создадим все условия, – заявил он. – А если бы с вашим ребёнком так? Оторвать обе ноги, руку, сделать слепым? Необходимо немедленно и без условий прекратить бойню».

Леонид Михайлович говорит, что если бы перед ним оказался террорист, который заложил бомбу в Каспийске девятого мая, он бы не задумываясь его расстрелял: «Мир не стал более жестоким, но зла очень много...»

***

На сцену актового зала двенадцатой школы вышла Наталья Галактионова с сыном Артёмом. Она сказала:

IMG_1961-копия«Уважаемый Леонид Михайлович! Первый раз вы увидели Артёма, когда ему было год и четыре месяца. Мы лежали в шестнадцатой палате. Его трудно сейчас узнать, потому что благодаря вам он вырос в чудесного девятилетнего мальчика, который тоже учится в этой школе. В 2010 году вы приняли нас в свою больницу из маленького, провинциального Великого Новгорода, где врачи в нашем случае разводили руками. Вы сделали для спасения Артёма всё возможное и даже невозможное. Я очень хорошо помню тот ужас – до мурашек, – когда стало понятно, что оперировать его должны врачи другого профиля. И вы ради спасения жизни маленького человека организовали приезд в свою больницу хирургов другого лечебного учреждения, название которого я даже боюсь говорить. В марте мы вышли из больницы уже на своих ногах. Только когда у тебя появляются дети, ты понимаешь, что их жизнь дороже твоей. Спасибо вам за моего сына! Сегодня жизнь так удивительна и прекрасна! Дай Бог вам здоровья, и сил, и терпения. Спасибо огромное вам за спасенье!»

Они крепко обнялись.

***

Рошалю помогли подняться на сцену. Он пошутил: «Они меня поднимают сюда как инвалида». И продолжил: «Я прошу прощения, но я никогда не выключаю свой телефон. Он будет звонить, возможно, это будет жизненно важно.

Огромное спасибо, но я приехал сюда не для того, чтобы меня славили. Я здесь учился: в старой двухэтажной школе. Родное гнездо есть родное гнездо. Я благодарен руководству города, что его не разрушили, а реставрировали. Я не люблю, когда рушат. Моя такая крохотная по сравнению с этой школой. Я бы предложил устраивать туда экскурсии. Для сравнения. Образование нам дали замечательное. Если выбросить истории коммунистической партии и съездов, то просто прекрасное.

В Америке я жил в семье. У неё был парень, ну если по-нашему, то одиннадцатиклассник. Я с ним много общался. У меня возникла гордость за Россию. Его уровень – семиклассника. Мы широко образованные люди. Я сейчас порадовался тому, как вы представили школу. Спасибо вам за этот высокий класс!

Я был во всём мире. Но когда самолёт приземляется в России, сердце ликует: я дома. Лучше России страны нет! Такая страна с таким потенциалом, с такими талантами…

В 90­е годы был тяжёлый период в жизни. Когда Россия многое потеряла и в образовании, и в здравоохранении… Мы, врачи, приходили на работу, надевали халаты и фактически бесплатно работали. Никто из моего коллектива не предал врачебного дела. Конечно, хирурги подрабатывали, кто-то ночным извозом, кто-то строителем, кто-то электриком. Выживали как могли.

У нас человек так устроен: он всегда чем-то недоволен – это правильно. Мы часто забываем то, что было. Если бы кому-нибудь в 90­е годы показать вас, эту школу, никто бы не поверил, что мы будем так жить…

Сегодня нам страшновато по международным делам. Когда мы были слабее, нас обкорнали. Запад радовался и хлопал в ладоши. Россия сейчас стала мощным, современным государством. Забеспокоились “друзья” и обложили нас. Мы в кольце НАТО. Сегодня мы в окружении похлеще, чем было перед второй мировой войной. Потому что мы стали сильными и отстаиваем свои интересы.

Я не являюсь членом никакой партии. Работаю в Общероссийском народном фронте. Часто своим соратникам говорю: Если не мы, то кто? Мы должны гордиться нашей страной. Я считаю за честь жить и работать в России!

А ещё скажу, что жить с своим собственным мнением всегда сложно, но очень хорошо смотреть на себя в зеркало. Спокойно. Я не предал и живу по совести».

Екатерина ПОШИВАЛОВА,
корр. «Впрямь».