Складочное место нелепостей

« Назад

Складочное место нелепостей 07.09.2018 16:21

Вышел второй в нынешнем году номер «Третьего Рима», датированный сентябрём. Мы, как правило, не комментируем этой несообразной газеты, ибо она состоит из замаскированного лукавства, скользкой уклончивости, полухищного, полуриторического патриотизма и – главное – из религиозной мешанины, которая обеспечивает ей сектантские признаки.

Собранный из вторичных источников, часто сомнительного свойства, «Третий Рим» в редактуре Тимофея Балыко замусорен орфографическими и пунктуационными ошибками, но в первую очередь он скверен по языку.

Словесная дурнина проливается прежде всего и заметнее всего из Михаила Громакова, являющегося хозяином газеты и выступающего её автором. Помнится, однажды я уже пришибал ему росток публицистической дубинкой (см. «Впрямь» № 29/2016: «Громакнул». – Ред.) – он довольно-­таки надолго затих, а в начале сегодняшней осени вдруг про­чкнулся и давай громыкать одной нелепостью за другой.

Читаю словесные фортели Громакова, известного во Фрязине в качестве повара (см. там же. – Ред.), и вижу, что он не понимает, где находится, а редактор Балыко при этом даже не пытается ввести его в пространственные ориентиры, так как тоже себя не помнит. До Балыки ещё дойду, а пока – о Громакове.

Он, оказывается, записался в доверенные лица кандидата на пост губернатора Подмосковья Игоря Чистюхина. Так и пишет: «Я являюсь доверенным лицом Чистюхина», – но забывает поставить в конце свою фамилию, а ниже появляется подпись: Чистюхин. Получается, что доверенное лицо Чистюхина… сам Чистюхин.

Возможно, мне не следовало обращать внимание читателей на это, но далее Громаков в своей третьеримской манере говорить выставляется в потрясающей очевидности этаким с подъ­еденным умом балаболом. Вот что пишет он о Фрязине:

«Приезжий цирк уехал, но остались местные клоуны. Такого Шапито фрязинцы ещё не видели. Рыжий клоун на все руки от скуки. Чтец и жнец и по кадрам молодец, но всему делу …дец (трындец)».

Никаких пояснений – просто играется в рифмушечки­забав€ушечки: руки от скуки, чтец и жнец, молодец и трындец.

А следующий абзац, тоже с рифмушечными вкраплениями, ещё усугублённее в испорченности:

«Пока “временно присевший” директор цирка лечился возлиянием между слиянием, клоун развлекал народ своим профессионализмом. Многие почитатели рыжего таланта ещё помнят знаменитый номер с нар. котиками. Правда, не всем он понравился, и котики оказались не так безопасны».

От этого текста, лишённого каких бы то ни было смысловых опор и украшенного «возлиянием между слиянием», исходит кислый дух глубокого пьяницы, которому, предполагаю, не миновать умственной катастрофы. Тем более, что она – катастрофа – уже, кажется, совсем близка. В обоснование процитирую ещё одно громаковское местечко:

«Городское управление додеградировало, кроме надутого рейтинга – ничего, в придачу с депутатской (внимание!) импотенцией»*).

И тут на стрежень дня выплывает нешутейный вопрос: как, каким образом Михаил Громаков вызнал информацию о массовой импотенции депутатов Фрязинского Совета? О! Это уже за гранью наших предположений и потому оставляем простор додумывания читателям, не исключая при этом реплик народных избранников, интимный секрет которых обнародовало «доверенное лицо» Чистюхина.

Но и сам-­то справедливоросс Чистюхин зачем же забыл русскую поговорку «Услужливый дурак опаснее врага»?

Но – е! – Балыко­-то каков! Он, разобидевшись на некоего православного священника М., служащего настоятелем храма в ближнем зарубежье и отказавшего ему в причастии, написал открытое письмо (см. стр. 9), в котором охуждает настоятеля за «строгий, бескомпромиссный, топорный, механический подход к пастве».

Но сам­то «магистр богословия» Балыко в который уже раз впадает в бесовщину и нас, православных христиан, утягивает в её пучины. Помимо громаковских словесных скабрёзностей и ёрнических созвучий, Балыко не впервой пользуется приёмом, достойным судебного разбирательства: он берёт стоп-кадр из фильма «Мастер и Маргарита», вырезает из него фигуру сатаны и к ней тупо прилепляет голову предпринимателя Григора Агекяна, тем самым выставляя его, строителя Державной церкви во Фрязине, в крайнем негативе, всколыхивая негодования верующих.

Фарисейских речей Громакова, призывающих каждого из нас «вспомнить, когда был последний раз в храме и каялся в грехах» (см. стр. 6), а вместе с ним и Балыки, сравнившего подход настоятеля храма сопредельного с Россией государства (внимание!) с бесослужением (см. стр. 9), говорят нам прежде всего об одном: «Третий Рим» – тоска зелёная. Из всего тиснимого в нём типографскими станками обнаружить что­-либо додуманное нельзя. «Третий Рим» – это мелкий бес фрязинской прессы, прячущийся за иконным рядом и пытающийся лишить нас молитвенного покоя. Он нудит, зудит, донимает, лезет, долдонит – но противоядие от него есть: не читать.

Владимир ВЕЛЬМОЖИН.
5 сентября 2018.

_____________________________________

*) Цитируемые отрывки громаковских бессилий даём в соответствии с публикациями «Третьего Рима». Прим. ред.