Души его доброе эхо

« Назад

Души его доброе эхо 06.07.2018 09:23

В зелёном нынешнем июне – во вторник его последней недели – скончался Андрей Дементьев. Поэта знал весь народ. Отдельными строчками он рассыпан в памяти людской и потому сразу узнаваем: «Я рисую, я тебя рисую, // Я тебя рисую, сидя у окна», «Давай попробуем вернуть // Хоть что-нибудь, хоть что-нибудь», «Здравствуй, милый отчий дом, // Будь за нас спокоен», «Что с тобой, моя любимая? // Отзовись скорей», «Я тебя своей Алёнушкой зову. // Как прекрасна эта сказка наяву!», «Яблоки на снегу – розовые на белом. // Что же нам с ними делать, с яблоками на снегу?», «Но она всё продолжает ждать, // Потому что верит, потому что мать»…

Песенное пространство России без Дементьева было бы беднее.

Но всё же в моей читательской жизни Андрей Дмитриевич памятен больше иным: открытостью сердца и щемящей, неутишимой скорбью по сыне. «Я живу в бесконечности горя и боли», – делился поэт, быть может, надеясь на чуть облегчить свою боль.

Две его поэтические свечи светят всем читающим: свеча за здравие любви и свеча за упокой разлук. Он понял и объяснил нам, что жизнь – это долгий путь от любви до любви.

Много лет я поражался отворённости Дементьева:

Против всех напастей
Есть одна защита:
Дом и душу – настежь!
Я живу открыто.

Это одушевляло; и я, беря с Андрея Дмитриевича пример, заставлял себя тоже не замыкаться от людей.

Он открывал свои просторы добра и света. Но в этих просторах всё же умиротворения не было. Поэт видел, что между властями и народом // Идёт холодная война; Что как бы ни менялась власть, // Здесь не меняются несчастья. И в конце концов, устав от перемен, горько молвил:

Я прожил жизнь не малую уже,
Но я «другой такой страны не знаю»,
Где б в каждой обездоленной душе
Жило терпенье без конца и краю.

В этом считывалось нами не только сочувствие, но и подспудное осуждение. Полагаю, и сам поэт ощутил это и, разгневавшись, что вот уже при всём честном народе // Над народом верх взяла шпана, чётко обозначил границы вины:

Не должны мы каяться за тех,
Кто Россию нашу испоганил.
Если уж и есть на ком-то грех,
Ясно – не на Марье да Иване.

Поэт не уходил от гражданства. Его поэтические формулы вреза́лись в память:

В России отныне есть два государства:
Одно – для народа,
Другое – для барства.

Боевой словарь Дементьева – нам на гражданское мужество. След поэта не затеряется, не зарастёт чужими словами.

Помню единственную нашу встречу: в московском ресторане «Яр» оба мы – Дементьев и я – были гостями Николая Сличенко, праздновавшего открытие своей звезды на площади у концертного зала «Россия». Мы поздоровались с Андреем Дмитриевичем за руку. В глазах его таилась кручина. Я понимал, откуда она. И он, кажется, понял, что я понимаю. А раз так, то о чём говорить?

«Мои слова – единственный мой шанс», – сказал Дементьев и, словно бы предостерегая от скороспелых речей, предупредил:

И правда тоже может быть слаба,
Когда её в себе не удержали.

С нами остаётся печаль его поздней улыбки, его бьющееся в стихах сердце, которое как верный берег, где музыка и друзья.

Андрей Дмитриевич Дементьев ушёл. Долгая жизнь, как пиджак, обносилась.

И чувствует себя безвинно виноватой
Притихшая в печали тишина.
Владимир ВЕЛЬМОЖИН.
3 июля 2018.