Что в Лобкова, что по Лобкову…

« Назад

Что в Лобкова, что по Лобкову… 01.11.2018 20:40

Кто же он такой – Александр Лобков? Прежде всего – рекламщик. Получив высшее образование в Московском кооперативном институте, он не был связан с муниципальной работой ни на одном служебном месте. А мест этих случилось в его судьбе несколько. Два самых примечательных назову: заместитель начальника департамента транспорта и связи правительства Москвы (с 2009 года) и начальник Комитета по печати и взаимодействию со средствами массовой информации Санкт-Петербурга (с декабря 2011 года).

Это последнее и одушевило меня. Ну уж теперь­-то – с приходом Лобкова во Фрязино – будет, будет же взаимодействие газеты «Впрямь» с администрацией, дабы сообща послужить делу оздоровления наукограда. Лобков, надеялся я, приметит совсем иных людей, с непочатыми силами, призовёт их на службу, а чернильное, вялое чиновьё повыгоняет – даст простор наукоградским видам на будущее.

***

Моя надея не сбылась: Лобков повёл себя так, словно бы газеты «Впрямь» нет и не было. Поначалу я подумал было, что это у него из-за нехватки времени, что он подступится к нам, а то как же: всё ж таки был по взаимодействиям.

BJjsL-oPLBIОднако не только ни единого разу не было получено мною хоть малого приглашеньица куда бы то ни было (коли не зовут, я умею справляться с обидами), но ведь и работы никакой не велось. За те месяцы, что Лобков стоит у руля, во Фрязине не сделано ни­че­го. Или я не умею навспоминать? Да и с кем сравнивать нам его? Не с Сергеевым же, изнурившим наукоград до негожества? Давайте оттолкнёмся от нулевой отметки да поглядим, куда Лобков подвысил Фрязино. И что же увидим? А никуда: всё, как было на нуле, так и кажется вечностью.

Почему? Разве мало дел, которые надо срочно выполнять? Разве время неподходящее? Нет, сейчас – как давно уже не было. «Кто теперь не найдёт дела, тому пенять не на кого, тот в самом деле пустой человек, свищ или лентяй», – так в своё время писал Александр Иванович Герцен, радостно увидевший возможности обновления. Так и мы повторим применительно к дню нынешнему.

Но де́ла от Лобкова не было и нет. Мы во «Впрямь» поначалу пытались взять аккорд в похвалу Лобкову, да только робкие наши одобрения не пошли в пользу ему. Он проморгал свой карт-бланш, то есть отведённый ему период доверия на исполнение гражданских и служебных обязанностей.

И теперь я ищу ответов на вопрос: откуда взошёл этот новый тип вялых руководителей, на каких закраинах затуплялся? Названный разновозрастной тип, расплодившийся по России, даёт нам отчётливый сигнал: приходит выморочное племя, с которым стране предстоит хлебнуть много бед.

***

С 2011­-го по июнь 2014 года Лобков числился, как я уже сказал, председателем Комитета по печати и взаимодействию со СМИ Санкт-Петербурга. То есть находился непосредственно при губернаторе. Обретался-состоял да и был заподозрен в разбазаривании питерских бюджетных денег.

Уличать Лобкова стал депутат Санкт-Петербургского заксобрания Максим Резник. Он обратился в Управление антимонопольной службы по Санкт-Петербургу с жалобой на нарушение законодательства лобковским Комитетом по печати при выделении субсидий газете «Петербургский дневник». Управление признало, что комитет действительно нарушил закон «О конкуренции».

Также Резника насторожило, что издательский дом «Курьер-Медиа» получил более десяти миллионов рублей на увеличение тиража издания, которое по факту выходило в электронном виде.

Прокуратура внесла на Лобкова представление.

После этого Резник обвинял его в беспрепонном расходовании бюджетных средств и в превышении служебных полномочий.

Вместе с депутатом Законодательного собрания Санкт-Петербурга Мариной Шишкиной Максим Резник обвинил Лобкова в попытке ввести личную цензуру.

Кроме этого, Резник рассказал в письме к губернатору Георгию Полтавченко о чрезвычайно высоких зарплатах топ-менеджеров ОАО «Петроцентр», которое выпускало газету «Петербургский дневник». Сто процентов акций этой газеты принадлежали городу, а на поверку изданием управлял Комитет по печати под начальствованием Лобкова. Такие же сверхвысокие зарплаты Резник отметил и в ОАО «Городское агентство по телевидению и радиовещанию», владеющем телеканалом «Санкт-Петербург». Каковы же были оклады? По утверждению Резника, больше чем у губернатора и даже президента.

Лобков в ответ подал иск в Василеостровский районный суд о защите деловой репутации и потребовал с Резника 30 миллионов рублей возмещения. Депутат, получив иск, ужаснулся денежному числу и выступил с заявлением, в котором отметил: эта сумма «говорит о том, в мире каких цифр живут наши чиновники».

Но Резника на чём-то юридическом и подловили – и он по решению суда выплатил Лобкову полста тысяч рублей.

***

Я немало прошёл судебных тяжб, в которых, как правило, был ответчиком. Уязвлённое самолюбие чиновников, помеченных моим пёрышком, усиливалось режимом их приказов, крючкотворными административными притеснениями и использованием сокрытых связей для давления на суд.

Сейчас, когда я давно уже не вижу в чиновниках ничего уютного, когда число злокозненных не уменьшается с годами (один только забуревший Никита Никулин в щёлковской районной администрации скольких нравственных скитаний стоит!), – ставлю себе задачу вникать в юриспруденцию профессионально. И жену попросил окончить магистратуру юрфака. Так что вооружаюсь как могу.

***

А тем временем петербургские коллеги показали Лобкову баннер: рекламу фильма «Зловещие мертвецы» на фоне Дома учёных. Многозначительное соединение.

Петербуржцы горячо выступали против рекламы в историческом центре города. Лобков же ни в какую не убирал её. Он привык, что реклама – инструмент для зарабатывания денег.

Насчёт денег тоже скажу. За 2012 год Лобков, согласно декларации, заработал два млн рублей. При этом в его собственности были автомобиль «Инфинити FX-­56» и мотоцикл «Харли-Девидсон», а у жены его – «Бентли Континенталь GT» и «Мерседес-Бенц».

Живя в Питере, рекламщик говорил, как ему нравится этот город, что он хочет, чтобы его сын вырос здесь.

***

И вот Александр Лобков спущен во Фрязино. К началу его вступления в должность исполняющего обязанности у него не было фрязинской прописки. Он оформлял её позже. Даже, говорят, уходил с совещания, чтобы поставить штамп в паспорте. Потом долго хвастался, что он теперь настоящий фрязинец.

Но штамп делу не помог. В наукограде сразу стало видно отсутствие у Лобкова опыта муниципальной работы.

Многих вещей он не понимал и не раз садился в лужу.

Например, обсуждали плохое состояние общеобразовательных школ Фрязина. Речь, кажется, зашла о первой школе: что нет денег, а ей необходим ремонт. Лобков послушал да и выложился: вы-де не умеете работать, вот, дескать, третья школа, где я учился, отлично выглядит…

Депутаты угорали, потому что в третью школу было вложено 70 млн рублей по программе капитального ремонта.

Другим разом Лобков выглядел обезбашенно, когда обвинил Фрязинскую контрольно-счётную палату в том, что городская администрация была оштрафована за вторую школу. Ляпнул: «Это вы сделали такой отчёт!» Опять депутаты рассмеялись: проверка-то была областной.

***

Все мы помним, как много жарких разговоров было во Фрязине о Музее электроники и фотоники – муниципальном казённом учреждении. На бумаге его создали: Сергеев подписал. А Лобков – закрыл. И теперь нет такого юрлица. Не надобен, утверждает, Фрязину этот музей, а нужен краеведческий.

Ни с кем из учёных не посоветовался, а шпажонку из ножен вынул и сокрушил слабый росток. Предполагаю, в уши лобковские кто-то напевает: хватит нам краеведческого. Уж не дама ли из отдела краеведения совместно с дочерью, ставшей во главе Управления культуры?

А фрязинские предприятия страдают от дефицита кадров. Шлют запросы в столицу: направьте к нам специалистов. Местная молодёжь работать в электронику нейдёт, да она в большинстве своём и не знает, что́ здесь, в наукограде, примечательного, и вострит лыжи на сторону. Как бы премного послужил Музей электроники и фотоники трудовой славе Фрязина и, не сомневаюсь, приманил бы и государственной значимости делу молодых, сильных умами и мышцами людей.

***

С Фрязинской центральной библиотекой, за которую в течение многих месяцев бьётся газета «Впрямь» и мой заместитель Юлия Видяпина, тоже та ещё история. Администрация Сергеева прошляпила главное учреждение культуры, а Лобков, его последователь, и вовсе заявляет, что библиотека в таком виде не нужна, что в ней… пахнет кошками. Это всё равно что нам сказать бы, что во Фрязине пахнет Лобковым! Он же, с рекламных времён нацеленный только на деньги, выходит из разумения: давайте, говорит, её – библиотеку-то – выведем вообще из этого помещения и откроем в фойе Дворца культуры «Исток» – там много народу, детей на кружки приводят, вот пусть сидят, дожидаючись, и читают.

А ведь это не что иное, как смешное и преступное против культуры злонамеренное дикарство, какое-то равнодушное невежество, за которым проглядывается нами дремучесть необразованности.

***

Я хотел бы смягчить свою речь о Лобкове: сказать, например, что он обнаруживает большой недостаток понимания и чутья, – но даже тощей моральной точки зрения не вижу в нём. Он из того нового типа, который, оторвавшись от традиций, не имеет будущего, кроме карьеры. А окружающие его (Андрей Егоров к слову пришёлся) не могут отделаться от жёлчи и отравы, набранной ими за время правления Сергеева. Да и вновь взятые (типа молоденькой пресс-секретарки Татьяны Козловой) тоже ни о чём. Вот Лобков стоит на фоне слайда «Я люблю тебя Фрязино!». А запятой-то при обращении к Фрязину нет. Козлова ни разъединого раза не позвонила в редакцию и сама, по вздорной гордыне, не пришла. Неужто меня, старого учителя, дожидалась вчерашняя школьница? Вряд ли. Ей, полагаю, по барабану. Она вообще не в теме. Её воткнули – она и торчит. А где находится – не знает: пишет, что на станции Фрязино-пассажирская объявился вокзал.

***

Лобков не проводит встреч с фрязинцами. По лету собирал народ во дворах. Слушал, не записывал. Вопросы в основном были по ЖКХ.

Нынешний его зам по этому самому ЖКХ Александр Саламатин ушёл от Лобкова. Похудел, сказывают, сверх меры. И ещё, слышно, отзывался, что в лобковской администрации невозможно работать: совсем нет специалистов.

Лобков же заявляет:

«Никому бы я не позавидовал на месте главы Фрязина».

И почто так упаднически вещает, сам не знает. При этом действует шатко, решения принимает легкомыслые, а подчас и с присвистом.

Вот вспомнилось к завершению статьи: лобковская Козлова на День города объявила, что сам Лобков будет выступать после группы «Плохие дядьки». Очевидно, хотел усилить впечатление.

***

Итак, что же мы имеем? Очередного административного поскрёбыша: по амбарам помели, по сусекам поскребли. Куда-то покатится он после Фрязина, которому насущно пора выходить из ложного и несчастного положения?

Мне же есть за что поблагодарить господина Лобкова: за неуменьшающийся масштаб обязанностей, вменённых мне фрязинским временем по результатам его бездействий.

Ежели вздумает он после этого моего выступления взбодриться и обрести совокупное видение необходимых и выполнимых дел, то очень обрадует нас. Но, полагаю всё же, мои слова что в Лобкова, что по Лобкову – ему без разницы.

Владимир ВЕЛЬМОЖИН.
30 октября 2018.